На главную
Новости
Контактная информация
Профессиональная книга почтой
Анонс профессиональных мероприятий
Правление
Международное сотрудничество
Ссылки
Наши партнеры
Эстетическая медицина в России
Страничка профессионала
Члены ОСЭМ-юридические лица
Всегда ли симптомы аутоагрессии, в частности патомимию, следует рассматривать как противопоказание к пластической операции?

От редакции.

В журнале «Эстетическая медицина», 2006;5(2) в рубрике «Случай из практики. Обмен опытом» был опубликован случай из практики, предложенный Е. Шугининой и П. Шишкиной «Всегда ли симптомы аутоагрессии, в частности патомимию, следует рассматривать как противопоказание к пластической операции?» В этом номере мы продолжаем обсуждение данного случая и предоставляем слово врачу-психотерапевту И. Чобану, консультировавшему пациентку, а также пластическому хирургу Л. Павлюченко, оперировавшему ее.

И. Чобану, врач–психотерапевт
Москва, Россия

На приеме у психотерапевта пациентка присутствовала в сопровождении своей матери. Вела себя достаточно уверенно, хотя слегка напряженно. Основные жалобы, которые они высказали в начале беседы, сводились к трудностям в обучении. При прицельном расспросе сообщили, что пациентка «в течение последних трех лет чешется при переживаниях».

Из анамнеза известно, что пациентка – второй ребенок в семье. Есть старший брат 19 лет. Родилась на 8 месяце беременности с весом 2600 г. Раннее развитие протекало без особенностей. Посещала детские дошкольные учреждения. В школу пошла на родине, первые три класса закончила в Азербайджане. Затем семья переехала во Владивосток, где пациентка училась в 4 классе. После этого семья вернулась в Баку, девочка пошла в 5 класс с опозданием на 2 месяца. С этого времени стали нарастать трудности в обучении, что во многом было связано с семейной ситуацией.

Отец работал в Москве, семья проживала в Баку, навещая его каждые 2–3 месяца и проводя в Москве 1–2 месяца. Девочке при этом приходилось пропускать занятия в школе. Это продолжалось регулярно вплоть до 10 класса. Учеба в 10 классе давалась особенно трудно. Сказывались систематические пропуски, недостаток знаний, отсутствие навыков усвоения материала.

Сейчас пациентка учится в 11 классе, однако, не в общеобразовательной школе, а на подготовительных курсах, где изучает только литературу, английский язык, географию и историю. Готовится к поступлению в институт. С объемом заданий не справляется. С ее слов, для поступления в вуз необходимо набрать 650 баллов, она реально способна получить 300 баллов.

Пациентка занимается подготовкой уроков до 2 часов ночи, но не успевает сделать все задания. С трудом концентрируется на информации, ей не хватает терпения все прочитать, а прочитанное не всегда понимает и запоминает. Учится средне. Настроение часто снижено. Последние месяцы по ночам, даже ложась спать в поздние часы, с трудом засыпает, утром встает без ощущения отдыха. Со слов матери, стала плохо есть, жалуется на отсутствие аппетита. В классе отношения с другими ученицами натянутые. Девочка стремится лидировать, но одноклассницы с лучшей успеваемостью относятся к ней свысока. Подруг в классе нет.

Пациентка охотно и подробно рассказывала об учебных занятиях, особенно о несправедливом отношении к ней одноклассниц. На вопрос, что она будет делать, если не получит необходимых баллов и не поступит в вуз, пациентка ответила, с легким вызовом глядя на мать, что выйдет замуж. У нее есть молодой человек, с которым она поддерживает романтические отношения.

Более подробный расспрос позволил прояснить наличие внутрисемейных сложных отношений. В настоящее время пациентка проживает с матерью и старшим братом. С братом отношения напряженные, пациентка активно жаловалась на его грубость, раньше между ними бывали ссоры и мелкие стычки. По этому поводу год назад обращались к психоневрологу, юноше был назначен неулептил, после чего отношения слегка смягчились. Пациентка считает, что такое поведение частично обусловлено национальными особенностями воспитания.

Мать, по ее собственным словам, женщина темпераментная, вспыльчивая, часто ругает дочь. Пациентка спорит с ней, раздражается, так как ее не понимают, почти каждый день плачет. Об отце пациентка рассказывает с теплотой, очень скучает, когда долго не видит его. Со слов матери, отец злоупотребляет алкоголем.

Пациентка мотивировала ринопластику желанием стать похожей на отца. Она хотела этого с детства, ждала 17-летия. После дня рождения сразу же поехали с матерью в Москву и сделали операцию. Результатами обе полностью довольны, так как эффект, по их мнению, достигнут. Интересно, что у матери типичный национальный нос с горбинкой, у пациентки был такой же. Однако это категорически ее не устраивало.

Пациентка и ее мать акцентировали внимание на трудностях в обучении, считая их причиной патомимии. Упомянули, что в Баку обращались к знакомому психоневрологу, который рекомендовал принимать транквилизаторы. После лечения эффект не был достигнут. О трудностях в их общении сообщили лишь в конце беседы. Обе тщательно избегали упоминаний о самоповреждении кожи, что характерно для пациентов с патомимией, возникающей на фоне расстройства личности.

Как упоминалось ранее, патомимия относится к психическим расстройствам с преимущественной проекцией в соматической (кожные покровы) сфере. В рамках психопатологической квалификации расстройств, объединяемых понятием «патомимия», рассматриваются психопатические состояния и широкий спектр коморбидной психической патологии, включающий личностные (психопатии истерического, паранойяльного, шизоидного типа), психогенные (посттравматическое стрессовое расстройство), диссоциативные расстройства, депрессии, органические заболевания ЦНС, психические и поведенческие расстройства вследствие зависимости от психоактивных веществ.

Состояние данной пациентки в настоящее время можно квалифицировать как развитие тревожно-депрессивного синдрома у личности с чертами демонстративности и эмоциональной неустойчивости. Так как расстройство личности предполагает возраст пациента старше 18 лет, то ставить этот диагноз пока преждевременно.

Формированию таких особенностей способствовали постоянные переезды семьи, по причине которых был нарушен учебный ритм, не сформировались основные учебные навыки, наблюдалось хроническое отставание в учебе. И как результат – дезадаптация в учебном коллективе. Немаловажен фактор напряженных отношений с братом, которые усугубляли эмоциональную нестабильность пациентки. Симптомы патомимии появились 3 года назад, вследствие чего нынешние затруднения с учебой нельзя рассматривать как причину или пусковой фактор самоповреждений. Это лишь фактор декомпенсации, приведшей к формированию тревожно-депрессивных симптомов: постоянно сниженного настроения, плаксивости, раздражительности, когнитивных нарушений, бессонницы, снижения аппетита, чувства внутреннего напряжения, постоянного беспокойства, страха неудачи в классе.

Можно предположить, что основным фактором стали дисгармоничные отношения в триаде мать-отец-дочь. Властная, холодная, подавляющая мать и мягкий, добрый, пьющий отец, с которым пациентка идентифицируется, и, к сожалению, не может поддерживать постоянный контакт.

Более всего пациентка нуждается в психотерапевтической помощи с анализом и коррекцией взаимоотношений с родителями, в поведенческой терапии и коррекции школьного отставания. В такой ситуации особенно важной была бы семейная психотерапия, проводимая совместно со всей семьей или хотя бы совместно с матерью, для гармонизации их отношений. К сожалению, в связи с проживанием в другом городе проведение психотерапии затруднено. Пациентка и ее мать не настроены на обращение к психотерапевту по месту жительства. По этой причине необходимо назначение психотропных препаратов.

Современные подходы к терапии патомимии предусматривают сочетанное применение дермато- и психотропных средств. При этом подчеркивается эффективность применения традиционных или современных атипичных нейролептиков в сочетании с антидепрессантами различной химической структуры, как традиционными трициклическими, так и современными, относящимися к селективным ингибиторам обратного захвата серотонина (СИОЗС).

Данной пациентке для коррекции состояния был назначен феварин (антидепрессант из группы СИОЗС) 50 мг утром и сероквель (атипичный нейролептик) 12,5 мг 3 раза в день.

Насколько целесообразно было проводить пластическую операцию у данной пациентки?

У девушки формируется эмоционально-неустойчивое расстройство личности с тенденцией к аутоагрессивному поведению, проявляющемуся в виде патомимии, а также в некоторой степени и ринопластики – она решительно и добровольно легла под скальпель хирурга без жизненных показаний. Желание изменить форму носа, дабы стать похожей на отца, становится психологически более понятным после анализа динамики внутрисемейных отношений. Это решение вынашивалось в течение некоторого времени, пока она ждала 17-летия. Операция была проведена летом во время каникул, когда, вероятно, пациентка находилась в стадии компенсации. Благодаря этим факторам и опыту пластического хирурга пациентка и ее мать остались довольны.

В дальнейшем это не повлияло ни на сложные отношения с матерью, ни на развитие декомпенсации на фоне учебных нагрузок, ни на проявления патомимии.

Таким образом, можно предположить, что наличие симптомов аутоагрессии у пациента в стадии компенсации и психологической адаптации к условиям жизни при отсутствии явных невротических симптомов, при способности более или менее логично (для врача) аргументировать свое желание, не обязательно будут являться противопоказаниями к проведению ринопластики.

02.08.2006

Версия для печати

 
Реклама:
LocalBannerNetwork
 
Реклама:
LocalBannerNetwork
 
Реклама:
LocalBannerNetwork
 
Реклама:
LocalBannerNetwork
 
Реклама:
LocalBannerNetwork
 
Реклама:
LocalBannerNetwork
 
Реклама:
LocalBannerNetwork
 
Реклама:
LocalBannerNetwork
 
Реклама:
LocalBannerNetwork
 
Реклама:
LocalBannerNetwork

 
Рассылка:
Ваш e-mail:


подписаться

отписаться

HotLog
HotLog доставка цветов
Rambler's Top100
You have an error in your SQL syntax; check the manual that corresponds to your MySQL server version for the right syntax to use near '' at line 1